Герберт уехал – Герберт остался
Лорд Герберт Плумер, второй британский комиссар в Израиле с 1925 по 1928 год, сменил первого британского комиссара, сэра Герберта Сэмюэля. Сэмюэль прослужил пять лет. Оба Герберта пользовались большой популярностью среди еврейской общины Израиля.
Будучи евреем, Герберт Самуэль стремился поселиться со своей семьей в Израиле по окончании своего президентского срока и обосноваться в Хайфе на улице Панорама, ныне улице Яффе Ноф. Его внук, покойный профессор Давид Самуэль, член хайфской группы «Шореш» (существующей и по сей день), ранее рассказывал о своем опыте обучения в Еврейской Королевской школе в Хайфе при почти прусском режиме Артура Байрама.
Когда комиссар Герберт Пламмер узнал о желании своего предшественника остаться в Израиле, он решительно воспротивился этому и даже попросил британского колониального секретаря приказать Самуэлю покинуть Израиль. Внук Давид, много лет проживший в Тель-Авиве, рассказал группе «Шореш» об этом противодействии. Его спросили: «Почему Пламмер возражал?» Тогда внук, которому было за 90, объяснил: «Пламмер боялся, что мой дед будет вмешиваться в его дела, более того, еврейская община очень любила деда. Доказательство: евреи подарили ему поместье на Кармеле в Хайфе, это поместье Герберта Самуэля». В итоге дед Герберт Самуэль вернулся в Лондон и продолжил свою обширную политическую карьеру. От поместья Герберта Самуэля сохранилось только название «Поместье». Как говорится: Герберт ушёл — Герберт остался.
Ещё одна история: внук Давид рассказывал, что, когда он учился в школе Реали в Хайфе, он и его друзья ощущали большую строгость директора, Артура Байрама. Например, когда ученики выходили на перемену в течение учебного дня, им выдавали щётки, которыми они каждый день очищали пыль с листьев цветов во дворе…
Секретность! Вот что здесь главное.
Покойный доктор Эли Нахмиас, член Гистадрута в Хайфе, занимался, помимо прочего, исследованием истории коммунистического движения в Палестине, и, конечно же, в Хайфе. Он сосредоточил свои исследования на 40-х годах.
Коммунисты, имевшие сильную ориентацию на советский коммунизм, подвергались преследованиям со стороны британцев в Израиле, и даже Генеральный гистадрут исключил их из своих рядов. Члены партии, чье название на идише было П.К.Ф., рассматривали сионистское движение как империалистическую структуру и фактор, с которым необходимо бороться. И когда эти члены подвергались преследованиям как со стороны британской секретной службы, так и со стороны Генерального гистадрута, они чувствовали угрозу. Поэтому они распространили среди себя строгие правила поведения.
Доктор Эли Нахмиас пояснил: «Все эти годы, пока коммунисты находились в подполье, они пытались убедить евреев и арабов вступить в Коммунистическую партию. У них были листовки и брошюры с пропагандистскими материалами. Изъятие этих материалов британцами стало причиной ареста. Другой причиной ареста стало наличие учебных и теоретических книг Маркса и Энгельса, Ленина и Георгия Плеханова (русского революционера и марксистского теоретика)».
«Коммунисты изолировались и никому не доверяли. Настолько, что подготовили своего рода «шулхан арух» на случай, если их захватят власти. Некоторых из них сионистские партии передали британцам».
То, что доктор Эли Нахмиас называет «шулхан арух», члены ПКП (Партии коммунистов Филиппин) называли «Заметками о поведении членов». Формулировка разговорная и на простом иврите. В разделе «Поведение сотрудников полиции» говорится: «Если вас поймали с материалами в руках (имеется в виду письменные материалы, касающиеся идеологии и методов действий), скажите, что вы нашли их только сейчас. Если (вас поймали) без материалов, всё отрицайте. Не вступайте в споры с детективами. Отвечайте кратко, «да» или «нет». Не позволяйте им провоцировать вас, требуя осуждения действий партии и т. д. Не обращайте внимания. Молчите. Помните, что вы сказали в первый раз, и повторяйте это настойчиво. Старайтесь не вводить их в заблуждение. Будьте осторожны, чтобы не попасть в их ловушку, если они скажут вам, что какой-то неизвестный уже всё им передал. Это всего лишь способ ослабить ваш дух и выбить из вас информацию. Не подписывайте никаких бумаг, не прочитав их. Если вы не знаете иврита, потребуйте, чтобы вам его перевели. Во время обыска будьте осторожны, чтобы не приносить никаких материалов. Не позволяйте им обыскивать вас без посторонних свидетелей. Если вас избили, кричите». Если вы оказались на улице, зовите на помощь.
Действительно, слова убийцы. Далее: «Помните, если вы ослабеете и раскроете лишь немногое, это вам во вред. Потому что тогда они будут продолжать избивать вас, пока не выжмут из вас все до последней капли. А если вы ответите: «Я не знаю», вас отпустят. Если ваша комната чистая (то есть, без принадлежностей для вечеринки) и к вам никто не приходит, вы можете назвать свой адрес. Если с вами живет друг, или друзья собираются прийти, или комната не чистая, вы должны сообщить адрес только через 24 часа (то есть, очевидно, раскрыть адрес)».
Далее: «Согласно закону, вы можете давать показания только перед следственным судьей, а не перед полицией. Но это зависит от сторон, и вы не всегда обязаны это делать (т.е. — по этой причине). Если вас арестуют, постарайтесь взять с собой мыло, полотенце, зубную пасту, простыни, одежду, расческу, деньги и т. д. Еда плохая, и если у вас есть деньги, вы можете купить ее в тюремной столовой».
«В тюрьме: если вас избили, требуйте врача. Относитесь к другим заключенным с уважением. Не вступайте в ненужные стычки с полицией. Будьте осторожны и не говорите всем подряд, потому что даже те, кто подслушивает, имеют уши. Требуйте того, что вам положено. Если к вам придет адвокат, не допускайте присутствия кого-либо во время разговора. В любой ситуации обдумывайте свои действия. Не действуйте поспешно. Внутренняя безопасность и спокойствие очень важны. Не забывайте, что вы должны высоко держать знамя революции при любых обстоятельствах и всегда». Вот и все комментарии по поводу поведения членов ПКП.
Лунное лицо
В середине 50-х годов в одной из школ был учитель, которого все называли «Монфейс». В те годы еще сохранялось уважение к учителям. Некоторые обращались к учителям в третьем лице: «Извините, сэр; Спасибо, сэр; Слушайте, сэр», и тому подобное.
Однажды один из учеников подошёл к учителю по имени Лунатик и сказал: «Простите меня, мистер Лунатик». И тут, невероятно, лицо учителя стало ещё круглее и засияло от гнева. Буквально, как полная луна.
Ученики старшего класса отошли в сторону и смеялись до слез. Ученик не понимал, почему они смеются и почему лицо учителя стало еще круглее и ярче. Он поспешно ушел, и тогда его хорошие друзья объяснили ему: «Ученики называют этого учителя Лунным Лицом, потому что его лицо похоже на лицо луны. Лунное Лицо! На самом деле его зовут совсем по-другому».
Коммунизм был благодатной почвой для иммигрантов из Советского Союза, разочаровавшихся в еврейском государстве.
Ури Шарон, как всегда, замечательный писатель.
Ури Шарон описал это великолепно. Почему же у учителя с лунным лицом было сердитое выражение лица? В этом нет необходимости.